Центр АСЕАН при МГИМО МИД России

Центр АСЕАН при МГИМО

Технократ на страже ислама

Технократ на страже ислама

09.07.2015

Скандальный премьер Малайзии объясняет правила мусульманской политики

Махатхир Мохамад. Доктор своей страны. Мемуары четвертого премьер-министра Малайзии. — М.: МГИМО-Университет, 2015. — 527 c.

Опубликован перевод на русский язык мемуаров четвертого и, пожалуй, самого известного премьер-министра Малайзии, руководившего страной c 1981 по 2003 год, Мохамада Махатхира. Известный своим бунтарским характером и захватывающей историей жизни, написанной буквально по сценарию американской мечты, лидер крупнейшей партии Малайзии Объединенной малайской национальной организации (ОМНО) с присущей ему страстью и откровенностью высказывается не только о насущных проблемах малайзийской и мировой политики, но и таких нашумевших вопросах на стыке религии и политики, как международный исламский терроризм, политический ислам, полигамия и женское образование в исламе.

Главы и отрывки, описывающие отношение Махатхира к исламу, имеют два основных взаимосвязанных вектора: внутри- и внешнеполитический. Внутриполитическая направленность исламской риторики Махатхира заключается в полемике с Исламской партией Малайзии (Parti Islam Se-Malaysia, PAS), которой экс-премьер выдвигает обвинения в расколе малайцев и использовании ислама в политических целях. Внешнеполитический вектор стоит на китах неприятия политики США и Израиля, что должно сигнализировать исламскому миру о принадлежности Малайзии к исламской цивилизации. Связующим звеном между этими направлениями служит детальное прояснение собственной позиции Махатхира по отношению к исламу. И эту позицию можно кратко суммировать как позицию религиозного технократа.

Махатхир сокрушается о неправильном толковании Корана и призывает вернуться к истокам религии, то есть отстаивает позиции мусульманского фундаментализма. В частности, он говорит, что толкование смысла слова «чтение» в Коране в Средние века привело к падению образованности мусульман и, следовательно, к их научному и техническому отставанию от стран Запада. Если во времена пророка Мухаммеда под «чтением» понималось чтение вообще, мусульмане с удовольствием читали трактаты древнегреческих философов и ученых, что привело к восхождению исламской цивилизации на такие научные вершины, которые не снились Европе того времени, то в Средние века слово «чтение» стало толковаться лишь как постижение священных текстов, что привело к падению уровня образованности исламского мира в целом. Махатхир сокрушается о том, что в современном исламе забыт принцип «фард кифая» — требование, чтобы среди мусульман были личности, чьи таланты и деятельность могли бы привести к повышению обороноспособности уммы.

Тревогу бывшего руководителя такого многонационального государства, как Малайзия, легко объяснить, если принять во внимание постоянную обеспокоенность малайзийских властей «китайской проблемой» — численностью и влиятельностью китайской общины в стране. Чтобы уравновесить шансы на жизненный успех трудолюбивых китайцев и расхлябанных малайцев, правительство, во многом по инициативе Махатхира, пошло на введение квот для малайцев в университетах. Но и тогда малайцы учиться не пошли. Здесь обнаруживается отношение Махатхира к женскому вопросу в исламе. Он с тревогой отмечает, что 70% зарезервированных по квоте за малайцами мест получают малайские девушки. Махатхир с грустью предсказывает, что недалек день хаоса, когда малайские мужчины окажутся под каблуком своих более образованных и трудолюбивых жен, что несовместимо с учением ислама. Вместе с тем в женском вопросе Махатхира сложно назвать ретроградом: он выступает против практики полигамии и поддерживает участие женщин в политической деятельности.

Продвигая малайзийскую повестку в Организацию исламской конференции (сейчас Организация исламского сотрудничества), Махатхир прибегает, согласно теории Томпсона и Вильдавского, к риторике той политической культуры, на представителей которой хочет произвести впечатление: обращаясь к преимущественно арабской организации, он говорит о неприятии Малайзией создания Израиля на «палестинской земле». Эта позиция впоследствии послужила основанием к обвинениям Махатхира в антисемитизме.

Таким образом, мемуары Махатхира представляют собой интерес для человека, который желает разобраться в роли и месте ислама в современном мире, как пример удивительного сочетания в религиозных взглядах человека и государственного деятеля веры в бога и науку, фундаментализма и модернизма, патриотизма и панисламизма. Эти взгляды суммированы в следующем высказывании Махатхира: «Быть успешной страной не означает быть неисламской страной». Характерно, что высказывание это не может быть сведено к своему прямому антониму: «Быть успешной страной — значит быть исламской страной». В этой невозможности замены двойного отрицания — сущность взглядов доктора Махатхира на ислам в его родном государстве.

Оксана КОТКИНА,
«Независимая газета»